Автор: Sky-Diez

   Это была последняя электричка выезжающая из города сегодня. С горем пополам я успел на неё. Вскочил в уже закрывающиеся двери и опперевшись спиной о стену тамбура, стал приходить в себя. Сердце стучало так, что его стук отбивал даже в ушах. Через минуту дыхание после стремительного забега стало нормализоваться, и я решил зайти в сам вагон. В вагоне не было ни души. Я прошёл несколько метров от двери и занял место у окна. Из-за света ламп за окном было ничего не видно, и я прислонился в плотную к стеклу, чтобы посмотреть за происходящим на улице. К моему удивлению там горело всего несколько огней, хотя я прекрасно знал, что даже глубокой ночью город светится словно новогодняя ёлка. Но мысль о такой странности быстро покинула мою голову. Я устроился по удобнее, вытянул ноги, достал из кармана мобильный телефон и, размотав гарнитуру, принялся слушать музыку. В месте с мелодией льющейся из динамиков на меня накатилась волна мыслей. Что только не приходило на ум. И планы на завтра, и мысли о просмотренном сегодня боевике, о доме, о семье, о друзьях, о новостях увиденных утром по телевизору. На последней теме я и остановился.
   Уже которую неделю с экранов не сходили сводки о вооруженных столкновения в Африке,  на Ближнем Востоке, в Азии. Казалось, воевал весь мир. Но у нас как не странно было всё тихо, как в тёмную июльскую ночь. Воевали где-то там и не мы. Так что это не сильно беспокоило меня. Шло стандартное деление территории и ресурсов ведущими державами. Нато и Штаты воевали в на средиземноморском побережье Африки, Россия на Кавказе, Китай у себя на востоке. Конец двадцатого века был переполнен такими событиями, поэтому и сейчас это никого не удивляло. Самом деле только единицы знали кто и с кем воюет. А мы не знали ничего. Поэтому и не воспринимали угрозу.
Мысли о ситуации в мире цеплялись одна за одну и утаскивали меня куда-то в даль. За пределы моего тела, за пределы этого поезда, этой страны. Всё глубже погружаясь в размышления, я отключился от окружающего меня мира. Поток мыслей рожденных мной сменился потоком рожденного подсознанием сна. Я задремал.

    Прошло не больше десяти минут. Но почему-то мне показалось, что прошла целая ночь. Я не хотел просыпаться, но мне не давало покоя какое-то ощущение. Ощущение того, что кто-то сидит рядом со мной и что-то говорит. С трудом я приоткрыл глаза и, присмотревшись, увидел перед собой старика. Ничем не примечательного старика. Не поднимая глаза, чтобы наши взгляды не встретились, я изучил незваного гостя. Он был одет в старый изношенный плащ, которому было явно больше чем мне. Весь грязный, словно его таскали по саже, местами с засаленными пятнами плащ имел длинные широкие рукава, которые почти полностью скрывали кисти рук незнакомца, на которых я разглядел грязные и рваные матерчатые перчатки. Почему-то мне показалось, что они не просто в грязи, а ещё и в крови. Но определить точно я не смог, тусклый свет ламп электрички этому не способствовал.  Забросив руки, я перебросил взор на лицо старика. Но и здесь меня постигло разочарование. На голову был натянут капюшон, скрывающий в своей тени большую часть лица. Но всё же, из под ним можно было разглядеть блестящие глаза и седую бороду. Вывод напрашивался сам: это какой-то бомж или алкаш, которому нужно, чтобы я дал ему денег. Но нет. Окончательно выйдя из дремоты, я услышал:
   -Парень, сколько осталось? – очень тихо, слегка хрипя и шепелявя, спросил старик. Слова слились с металлической  какофонией поезда и я ничего не разобрал
   -Извините, что?- переспросил я.
   -Сколько осталось?
Вопрос показался мне странным и весьма не понятным.
   -Сколько осталось чего?- вновь переспросил я.
Старик вздохнул. И на этот раз медленно и чётко произнёс.
   -До конца.
   До конца. Как видимо он интересуется сколько ещё ехать до конечной, решил я, побоявшись снова переспросить. Задумался, попытался примерно подсчитать, сколько действительно времени  нужно ехать до конечной. Взглянул на часы и ответил:
  -Знаете, я конечно  до конца не еду, но думаю, ещё ехать часа полтора.
Старик сделал удивленное лицо и задумался. После потёр руки.
- Многовато как-то… Я думаю меньше... - и помолчав ещё немного, продолжил,- Так ты говоришь до конца не едешь?
Странный старикан.
-Да не еду. Мне уже скоро выходить. Через две остановки.
  -Ну-ну... Так ты точно уверен, что едешь не до конца?
Нет, ну точно человек со странностями.
Закусив губу и лукаво улыбнувшись, я уверенно ответил  ему:
   -Абсолютно! У меня дом здесь, а  не там. Так что, извиняйте, но я точно не до конца.
   -Ну раз так, то воля твоя. Не до конца, так не до конца. Как хочешь, так и будет... - после этого он встал с сиденья, - прощай, доброго пути!
   Неожиданно позади меня хлопнула дверь. Я оглянулся. Там никого не было. Вернув свой взгляд на старика, я его не увидел. Он растворился в воздухе. "Ну и шустрый старикашка попался" - подумал я.

   Взглянул на часы. До моей станции оставалось минут девять. Ещё немного, ещё чуть-чуть.
Неожиданно свет в вагоне на мгновение погас и тут же вновь загорелся. В вагоне всё также не было ни кого. До меня лишь доносился какой-то странный звук.  Прислушался. Это был плач. Детский плач. Я осмотрелся, но в вагоне по-прежнему никого не было. Что за ерунда.  Я встал. Решился пройти по вагону в поисках источника. У самого последнего сиденья я увидел девочку.
   Она сидела на полу, сжавшись калачиком, и плакала. Странно, неужели она всё время была здесь?
  На вид ей было лет шесть-семь. Что сразу бросилось мне в глаза, на ней было грязное, порванное  розовое платье, а в руках она держала такую же грязную куклу, у которой клоками были вырваны волосы и выжжен один глаз. Зрелище было жуткое. К горлу подкатился ком. Сглотнув слюну, в попытке избавится от этого комка, я наклонился к ней и тихо спросил:
   -Девочка, чего ты плачешь?- она подняла свой взор на меня, и я увидел большие заплаканные голубые глаза, но что-то показалось мне странным. В них не было жизни.  Они были словно стеклянные.
-Я к маме хочу! – рыдая, тоненьким надорванным голоском сказала она.
Я не знал, что делать, но из ситуации надо было как-то выкручиваться.
   -Ладно, а где твоя мама? - девочка сделала удивленное лицо, словно я задал глупейший вопрос, и с досадой ответила, - она… умерла...
По спине пробежал холодок и мне стало как то не по себе. Но я решил спросить ещё.
   -А где твои папа, бабушка или тётя?
   Девочка посмотрела на меня обиженными глазами и, хлюпая носом, заикаясь и плохо выговаривая слова, сказала:
   -Ты, что совсем дурак!? Они все умерли... Все... Все люди...
От такой фразы я чуть не грохнулся на пол, но собравшись, протянул ей руку.
   -Ну ладно, успокойся, давай вставай с холодного пола, а то заболеешь.
Позади вновь раздался грохот открывающихся дверей, оглянулся - двери были закрыты, и вновь никого. Повернулся к девочке и увидел только пустоту.
-Что за чертовщина! -выругался я, осматриваясь по сторонам и ища глазами девочку, но её нигде не было. Мне ещё больше стало  не по себе, и как назло свет переморгнул ещё раз. В противоположном конце вагона открылась дверь и по вагону побежали два солдата с автоматами на плечах. На них была тоже рванная грязная форма. Один из них кричал и подгонял другого:

  -Давай быстрей! Они вот вот будут здесь. Мы ещё должны всех вывести! - они бежали так быстро, что я даже не успел сойти с их пути. Когда первый оказался  на расстоянии меньше метра от меня, я напрягся и приготовился к столкновению. Но столкновения не произошло. Солдаты проскочили сквозь меня и растворились в воздухе.
   -Да что за хрень! – снова выругался я, понимая, что чуть не наложил в штаны от увиденного. Сердце стучало как барабан, очень сильно. Не хватало воздуха. Я уже было решил, что всё это мне приснилось, что я просто сплю, и что это просто кошмар. Я со всей силы ущипнул себя, и дикая боль развеяла все мои надежды - нет, я не сплю!
  В конце вагона потухла лампа.
Опять
Не хватало ещё и этого.
За ней ещё одна, и ещё. Тьма приближалась ко мне. И через несколько секунд в вагоне стало полностью темно. За окном я увидел вспышки молний и, подойдя ближе к окну, я увидел картину от которой моё сердце чуть не остановилось. Голубой свет молний освещал руины города.  Там за стеклом были сотни разрушенных до основания домов. Груды кирпича, плит, камней. И ни одной живой души, ни одной. Только обгоревшие деревья, каркасы машин, и пепел. Больше ничего. Ничего.
  Я смотрел на это всё и не верил своим глазам. Этого не может быть. Твердил я сам себе. Но понимал, что это есть. Свет в вагоне загорелся вновь.
Как вовремя.
Я снова вгляделся в окно. За ним были огни города. Города - целого, не разрушенного. Он был там в нескольких километрах. Целый, целёхонький. Как пуля мою голову прозила мысль: « я спятил». Всё что я видел это только галлюцинации, что это всё плод моей фантазии, нездоровой фантазии. До жути реалистичной.
   И так я утешал себя, пока не услышал грохот похожий на раскат грома. Он шел со стороны города. Через мгновение электричка вся затряслась, и я почувствовал, что вагон заваливается на бок. Удержаться не удалось, я начал падать. Ударился о стену, которая была уже на месте пола. Было больно. В глазах темнело...

  Я пришёл в себя через минуту. В вагоне было темно, я лежал на потрескавшемся стекле. Сильно болела голова, я ощупал её рукой . Тёплая жидкость. У меня текла кровь, но это была лишь царапина. Всё тело ломило, словно по нему поезд проехал. Забавно, ведь я сам в поезде. Собрав все усилия, я встал на ноги. Осмотрелся,  решил выбраться из вагона через разбитое окно. Подтянувшись, я вылез из окна и спрыгнул на каменную насыпь железной дороги. Весь поезд лежал в придорожной низине. И позади него, на севере, там, где должен быть город виднелось огромное красное зарево, из середины которого поднимался огромный огненный гриб.

  "Так вот о каком конце спрашивал старик!" - дошло до меня, и вместе с этой мыслью меня обдал порыв тёплого ветра пришедшего с юга, а вслед за ним пришёл раскат грома. Я обернулся и там, на юге, куда должна была ехать электричка, увидел второе зарево.
-Ты был чертовски прав, старик. До конца я не еду!...