Автор: UlcheG

- Киба, Киба, иди сюда! Ну давай же, глупый, не бойся!
Маленький, трехмесячный джек рассел терьер медленно, неуверенно пытался спуститься с лестницы, чтобы выйти на улицу. Он первый раз знакомился с большим миром, который окружал его маленький лежак и большой и теплый диван хозяйки, которые казались ему самыми безопасными местами на свете. Он еще неуверенно держался на лапах, на каждой ступени его заносило вперед, но он героически пробивался на свет, где в дверном проеме стояла его хозяйка.
- Киба, давай, осталось ещё чуть-чуть!
Наконец маленький терьерчик выбрался наружу, его ослепил яркий свет, но потом он все же привык и медленно огляделся. Вокруг ходили какие-то люди, вдалеке гавкали собаки, а рядом стояла его хозяйка, счастливая, что её щенок наконец-то увидел такой большой белый свет.

***
- Киба! Иди сюда, засранец! Ну-ка отдай мяч, он не твой!
Джек рассел быстро побежал между деревьями, держа в зубах чей-то красный пищящий мячик.  Он был горд тем, что смог отобрать его аж у самого ротвейлера! Но хозяйка, видимо, была чем-то недовольно, поэтому не стоило сердить её ещё больше, лучше было подбежать. Она отобрала мячик и отдала его законный трофей какой-то женщине, которая тут же вернула его этому раззяве ротвейлеру! Это было несправедливо, но хозяйка тут же достала вкусное печенье, дала его терьеру и кинула ему его собственный мячик. Пес был счастлив: ему дали вкусняшку, кинули его любимую игрушку, а хозяйка была довольно. Что ещё надо?

***
- Киба, не вертись! Мне тяжело тебя тащить! Потерпи немного, скоро выпущу!
Они вышли втроем из большого павильона в Сокольниках,  где только что Киба был на выставке. Он стал лучшим юниором, лучшим представителем породы и кандидатом в национальные чемпионы! Пес был очень горд собой, он замечательно выступил и теперь ждал того момента, когда хозяйка и её друг, который всегда был вместе с ней и которого Киба привык считать вторым человеком после хозяйки, выпустят его из перевозки, и он сможет пройти по аллее до метро с высоко поднятой головой и висящей медалью на шее.
Наконец, отнеся его немного в сторонку, она выпустила его, прицепила на поводок, и они медленно двинулись в сторону метро.
Хозяйка и хозяин неспеша шли, улыбались друг другу и обсуждали только что прошедшие выступления. Киба шел рядом, то обгоняя их, то немного отставая.
Когда до метро оставалось метро пятьдесят, небо вдруг резко потемнело, потом ослепительно вспыхнуло, как в тот день, когда он первый раз сам вышел на улицу, и наконец раздался ни с чем не сравнимый грохот. Спустя несколько секунд пес пришел в себя, увидел, что поводок порвался, и стал метаться по небольшой площади перед входом в метро, ища своих близких людей. Наконец он услышал знакомые голоса, которые наперебой выкрикивали его имя. Киба рванулся на звук, добежал до дверей и увидел за стеклом заплаканное лицо хозяйки. Он начал скрестись, гавкать, хотел сказать, что не надо плакать, он рядом, надо только открыть дверь. Но двери не открывались.  Бьющаяся в истерике молодая девушка билась руками и ногами о двери, а её пытались оттащить от дверей работники метро. Последнее, что он увидел перед тем, как её увели, был выпавший из рук девушки обрывок поводка.

Земля вокруг Кибы дрожала, то уходила вниз, то вздыбалась как волна. Киба метался около зданий, разрушающихся на глазах, около ларьков, уходивших под землю. Он не знал, куда ему бежать, где укрыться. Вдруг неподалеку раздался лай. Небольшая свора собак бежала к одному из домов, гавкая так, чтобы перекрыть все больше нарастающий грохот. Киба, не до конца понимая, что он делает, рванулся за ними. Собаки подбежали к дому, свернули за угол и нырнули в темный проем, который, видимо, вел в подвалы дома. Киба вбежал туда вслед за ними. В подвале было сыро, темно, воняло гнилью. Киба все ещё слышал гавканье и бежал вслед за ним. Так он пробежал несколько коридоров, лестниц, ведущих на нижние этажи, и наконец он оказался в небольшом, относительно сухом помещении, где собрались псы.
Это были большие, крепкие собаки, которые привыкли жить на улице, и это помещение было их домом. Они неохотно принимали чужаков в свою стаю. Они были отнюдь не глупыми существами, и, быстро смекнув, что произошла какая-то непоправимая ошибка, рванулись в самое глубокое подземелье, где у них были некоторые запасы пищи. Увидев,  что небольшой терьер, больше похожий на щенка, увязался за ними, псы сжалились и приняли его в свою стаю. Так для Кибы началась новая, страшная, опасная, самостоятельная жизнь.

Со временем стая ушла ещё дальше от поверхности, нашла другие тоннели, которые находились рядом с тоннелями метро. Там, ощущая рядом присутствие людей, они сделали свой новый дом. Псы никогда не показывались на глаза людям, боялись, что те примут их за страшных зверей, которые стали появляться на поверхности и которые постоянно отстреливались. Дворняги не доверяли людям, как до, так и после катастрофы.
Киба со временем вырос, стал матерым псом, хоть и не дорос до размеров лидеров стаи. Однако он был очень прытким, быстрым, и челюсти у него были хоть и не такие большие, но крепкие. Его стали брать с собой на поверхность на охоту за крысами. Постепенно он научился охотиться самостоятельно, но это у него получалось труднее, чем у других собак. Поэтому он стал своеобразным следопытом.
Сам по себе Киба был из охотничьих пород собак, нюх у него был развитый, а вследствие мутаций, которые все-таки преследовали всех оставшихся в живых существ, нюх обострился выше всяких мер. Киба мог унюхать затаившуюся в подвале крысу, находясь на расстоянии километра от нее.
Терьер занял свое место в стаи, его стали уважать, и он, раньше не любивший дворовых собак, изменил к ним свое отношение. Он понял, что узы дружбы и доверия среди дворняг намного сильнее, чем среди людей. Но сны о его хозяйке не покидали его. В своих ночных мечтаниях он видел те стеклянные двери,  они были приоткрыты, и казалось, что ещё чуть-чуть, и Киба сможет добежать до них, он успеет. Но лапы вязли в жиже, которой становилась земля, и двери закрывались в самый последний момент. Хозяйка медленно сползала на пол и исчезала. На этом сон всегда кончался, и Киба просыпался, в отчаянии кусая свои передние лапы.

Прошел год. Киба окончательно стал взрослой собакой. Он уже сам возглавлял некоторые вылазки, устраивал засады.
Но рядом с их убежищем добычи становилось все меньше, и приходилось все дальше уходить за едой. Однажды они дошли до входа в метро. Двери были выбиты, некоторые просто оторваны. Внутри была тьма и холод, и казалось, что уже давно здесь не ступала нога не только человека, а просто живого существа. Киба отважился зайти внутрь. Таи не оказалось ничего, кроме каких-то поломанных железяк и кусков камней, валявшихся кругом.
Отправив несколько собак по следу стаи крыс, Киба и его лучший друг Бус стали спускаться дальше, вниз по ступеням. Картина не отличалась от той, которую они увидели в вестибюле. Дойдя до закрытых ворот, которые перекрывали тоннель, Киба уже хотел повернуть обратно, как вдруг услышал голоса по ту сторону преграды.
За то время, что он провел со своей стаей, Киба отвык от людей, и поэтому поспешил вместе со своим другом спрятаться во тьму. Ворота приоткрылись, и показалась небольшая группа людей, освещающих свой путь фонарями, и вооруженные оружием до зубов. Они стали медленно пробираться к лестнице, освещая свой путь и стены вокруг. Киба и Бус медленно двинулись за ними.
Вдруг Бус наступил на какую-то железяку, та громыхнула, и люди резко обернулись, выхватив своими фонарями силуэты собак. Они ощетинились оружием, и собаки незамедлительно встали в боевую стойку, зарычав. У Кибы уже было несколько боев с более крупными противниками, чем он сам, но он знал, что с оружием они врядли справятся, поэтому решил стоять на смерть, защищая своего друга, которого дома ждали щенки.
Терьер стал медленно обходить людей сбоку, намечая, куда лучше вцепиться клыками. Уже готовый ринуться вперед, он вдруг резко остановился. Тихий женский голос произнес его, уже практически забытое имя.
Вперед вышла девушка. Она показала остальным, чтобы они не двигались, медленно подошла к псу, всем своим видом показывая, что она не враг. Девушка была одета в защитный комбинезон, в руках она держала фонарь и пистолет. От неё пахло гарью, порохом, лекарствами, хозяйственным мылом. И только где-то очень глубоко витал почти незаметный, едва уловимый знакомый запах. Пока девушка подходила ближе, Киба пытался вспомнить этот запах. И когда девушка присела перед ним на корточки, положив перед собой оружие и фонарь, Киба вспомнил его. Это был запах того самого печенья, который он ел в детстве!
- Киба? – ласково повторила девушка. – Это ты?
Пес недоверчиво взглянула на неё, но он не увидел лица из-за одетого противогаза.
- Киба, глупый, я тебя узнаю из тысячи, я не могла ошибиться. Вот, понюхай мою руку. Я не угроза для тебя.
Пес подошел ближе, принюхался к руке. И тут девушка резко схватила его, подняла, перевернула на спину. Бус кинулся было спасать своего друга, но Киба предостерегающе гавкнул на него. Девушка так знакомо чесала ему живот, тянула за ушли, и от неё так сильно пахло печеньем! Киба не мог поверить, но это была она, его хозяйка! Спустя столько времени он смог её найти!
Наконец девушка опустила собаку, и подошла к Бусу. Видя, что ничего плохого не происходит, он дал ей себя погладить. Так люди снова стали приручать собак.
В тот же день Киба отвел людей к своему дому. Дворняги не очень приветливо встретили людей, но приняли угощение, которое они принесли. Так хозяйка стала ходить к ним почти каждый день. Она приносила немного еды, однажды принесла старые порванные пледы. Её вскоре стали принимать за свою. Киба не мог бросить стаю, она бы без него не выжила, поэтому он продолжал жить вместе с ней, но всегда встречал и провожал свою хозяйку, надеясь однажды уйти вместе со стаей к ней в метро.
Однажды стая снова охотилась на пустыре, неподалеку от метро. Они пытались загнать в угол стаю мутантов, которые некогда были кошками. Удача была на их стороне, и псы уже собирались нанести решающий удар, как вдруг в небе что-то взревело, какая-то тень заслонила солнце, и огромная летающая тварь приземлилась на одну из крыш близ лежащих домов.
Птеродактель явно был голоден тем днем. Он взлетел, набрал высоту и почти вертикально спикировал на самую крупную собаку, вожака стаи. Схватив его своими когтями, тварь мгновенно взлетела, и никто из собак не успел кинуться на неё, чтобы спасти вожака. Псы кинулись врассыпную, чтобы птеродактелю было сложнее поймать следующего, ибо вожак уже был мертв и покоился на крыше какого-то дома.  Они быстро побежали к своему подвалу, но та тварь была быстрее, и она уже набирала высоту для следующего падения.
И тут со стороны входа в метро раздались выстрела, сначала робкие, потом их стало все больше. Показалась группа сталкеров, вышедших на поверхность. Они обливали птеродактеля свинцом, но от большинства пуль он уходил в сторону, уклонялся и быстро приближался к группе. Набирая высоту, тварь заметила самого слабого человека, у которого был лишь пистолет, и который стрелял хуже всех. Выбрав цель, он спикировал вниз, готовясь к тому, чтобы схватить жертву. Немного помедлив у самой земли, зигзагами подлетая к своей цели, он практически рухнул на землю, протянув свои когти к девушке, стоящей ближе всех к нему.
Но тут, откуда-то появилась быстрая тень, прыгнула на него и вцепилась в глаза. Секунд через пять глаза птеродактеля были вырваны. Сталкерам уже не составила большого труда добить зверя.
Киба валялся на земле рядом с вырванными глазами. У него была повреждена лапа, сочилась кровь из шеи, но он дышал, и даже попытался прыгнуть на руки к хозяйке, когда та хотела взять его. Пока девушка перебинтовывала Кибу, оставшиеся собаки подошли к людям, сели перед ними, виляя хвостами. В знак дружбы кое-кто из самых матерых псов лизнул в руку кого-то из сталкеров. Потом он схватил этого сталкера за рукав и потащил его к дому дворняг. Не совсем понимая, что от него хотят, сталкер подчинился и побежал за псом. За ними поспешили все остальные. Прибежав домой, пес коротко гавкнул, обошел несколько углов, собрал щенят и пледы. Затем все собаки выстроились перед входом в подвал, самые старшие подошли к людям, взяли их за рукава и потянули к метро. Остальные последовали за ними. Сталкеры, наконец поняв, что от них хотят, последовали за собаками. Киба, немного хромая, счастливо бежал рядом со своей хозяйкой и тем сталкером, который был первым, к кому подошел пес, и который оказался тем самым другом хозяйки. Киба знал, что теперь он навсегда останется защищать дорогих ему существ, как людей, так и собак.

***

Так люди и собаки вновь стали жить вместе. Они учились друг у друга: как выживать, как убивать, и самое главное – как доверять и не терять надежды.